Scherma Bolognese. Воскресная школа фехтования.

Перевод книги Антонио Манчолино "Opera Nova"

("Новый труд про обучение воевать и фехтовать любым видом оружия")


Antonio Manciolino


Русский

Книга первая. Базовые учебные упражнения.

Здесь начинаются некоторые главные правила, или инструкции, касающиеся доблестного искусства фехтования

Тот, кто желает играть [т.е. «упражняться», «фехтовать», «вести бой»], должен всегда присоединяться к самому доблестному в поступках и репутации. Поскольку как cлава победителя зависит от доблести побеждённого, так и поражение не предосудительно, если репутация победителя украшает его.

Удовольствие от игры с разными и разнообразными игроками делает человека искусным, проницательным, с проворными руками, потому что из разнообразия многих практических действий происходит мудрость и изучается материнский опыт вещей.

Когда один из играющих сомневается, не доверяет другому, он никогда не должен фиксировать себя в одной позиции, а должен немедленно менять стойки с одной на другую. Смысл этого таков, что тогда противник будет неспособен составить мнение.

Против тех игроков, которые наносят удары с большим натиском, часто порождая страх в партнёрах, существуют две вещи, которые могут быть сделаны: либо позволить их удару пройти напрасно и немедленно уколоть, благоразумно притворяясь, что отражаешь удар; либо броситься вперёд, чтобы отразить удар до того, как он наберёт силу. Также его можно ударить в руку, смысл этого в том, что это будет препятствием для его сильного броска.

Нанесение раны в руку, а не во врага, отмечено в значительном количестве ударов в играх. Из-за того, что рука прежде всего обнажает себя, в бою всерьёз это самое замечательное ранение, потому что должна быть атакована та часть врага, которая атакует больше всего, и это рука.

Самый благородный из ударов – это mandritto, потому что самый благородный и изысканный тот, который сделан с наибольшей трудностью и опасностью; но удар с mandritto делается с большей опасностью, чем riverso, потому что он заставляет человека идти совершенно открытым в этот момент; поэтому mandritto самый благородный.

Нужно всегда больше смотреть на меч врага, чем на лицо врага, потому что именно по мечу будет видно всё, что враг хочет сделать.

Благородная защита не имеет ни малейшей ценности, ни малейшей красоты, хотя она равно или даже более привлекательна, чем красивый удар, потому что многие знают, как нанести красивый удар, но немногие знают, как защитить себя таким образом, чтобы не получить урон. И такие защитники остаются удовлетворены.

Необходимая вещь – знать моменты, без этого игра несовершенна; соответственно отдавай себе отчёт в том, что когда вражеский удар прошёл мимо твоего тела, то этот промежуток времени и есть подходящий момент, чтобы последовать ответом, более подходящий, чем парирование.

Все игроки небольшого роста должны брать в руки короткое оружие, поскольку их могущество не распространяется на длинное.

Также для кого бы то ни было в игре, короткое оружие, или короткий меч, есть наивысшая добродетель. Потому что оно заставляет игроков сближаться, и от этого они становятся идеальны в защитах и глазомере.

Наилучшая в любом отношении вещь – тренировать обе руки в каждой игре с каждым оружием, и знать, как наносить удары и защищаться как одной, так и другой рукой.

Высокие позиции соотносятся с низкими таким образом: что в высоких позициях первично нанесение ударов, а защита естественным образом воспоследует; и напротив, в низких позициях первична защита, а потом следует нанесение ударов; однако лишь низкие позиции естественным образом рождают колющий удар.

Как удары неблагоразумно наносить без защитных действий, так и защитные действия не следует выполнять без последующего удара, несмотря на ожидание подходящего момента. Таким образом, если кто-то постоянно защищается, не отвечая ударом, он подаёт своему врагу ясный знак своей робости; до тех пор, пока, так защищаясь, он не отбросит врага назад, враг будет действовать с великой храбростью; и на самом деле защиту нужно выполнять, идя вперёд, а не назад, будучи таким образом более в состоянии достать врага, а заодно и ослабить удар врага, если он придётся по тебе. Потому что, ударив по тебе с близкого расстояния, он не сможет повредить тебе, попав той частью меча, что от середины клинка к рукояти; но будет гораздо хуже, если попадёт от середины к острию.

Хороший игрок, когда играет с тем, кто бежит от него (что сильно убавляет добродетель его отваги, потому что, видя того, спасающегося бегством, он не может сделать совершенных вещей), должен сам притвориться, что спасается бегством, потому что это вселит в того, первого, боевой дух, чтобы пойти вперёд, и это элегантно исправит неудачу его игры.

Игроки, которые наносят много ударов без учёта моментов или контроля дистанции, хотя и могут достать врага, но несмотря на это достойны порицания, и скорее должны считаться детьми удачи, нежели искусства; но те называются производящими впечатление и хорошо расположенными игроками, кто ударяет оппонента с чувством момента и грацией.

Если кто-то обнаруживает себя близко к врагу, он никогда не должен наносить полный удар, потому что меч не должен удаляться из непосредственной близости ради безопасности держащего его, и такое нанесение несовершенного удара называется «mezzo tempo».

Два игрока, обнаружившие друг в друге одинаковое знание искусства – вот причина того, что ни один не будет знать, как безопасно нанести удар оппоненту; и по моему наставлению, он может повести себя одним из двух способов, при удаче, надеясь на победу: а именно, внимательно следить за готовой появиться возможностью нанести удар в тот самый момент, который выберет враг; или он может поддаться противнику, когда момент покажется ему наилучшим, чтобы приблизиться, и немедленно броситься на противника и схватить; и если это будет проделано, любой будет почитать его как победителя.

Если кто-то хочет заставить врага нанести удар, чтобы парировать таким образом, чтобы достать врага в тот же момент, ему придётся сделать такой удар три или четыре раза, один за другим, в виде некоего приглашения, и так как привычка игроков – обезьянничать, оппонент будет вынужден действовать похожим образом, чем ты и заставишь его нанести удар, который тебе нужен.

Если ты хочешь ранить врага в верхнюю часть тела, необходимо начать приём с нижней части; и точно также, желая ранить в нижнюю часть тела – для этого ты нанесёшь удар по верху, потому что чтобы защитить одни эти части, придётся оставить другие незащищёнными.

Не существует таких ударов, от которых хоть какая-то из позиций защищала бы без риска, и из этого следует, что в подъёме и понижении из позиций видна добродетель игроков; видно, что на великом поле победа приходит к тому, кто атакует врага с самого начала, до того как враг расположит своё оружие в позицию, потому что, застигнутый в момент размышления, он может быть ударен с большей лёгкостью.

Защищая себя, боец всегда должен держать руки хорошо вытянутыми, не только потому, что так можно будет уводить удары врага прочь от себя, на расстоянии от своего тела, но и потому, что это делает его сильнее и стремительнее при нанесении удара.

Использование тяжёлого оружия и удовольствие от нанесения ударов с длиннОй и вытягиванием питает хорошую энергию и идеальную силу, так что потом, приступая к ударам с лёгким оружием, некто становится более ловким.

В искусстве «тонкого меча» (spada da filo) не следует уходить из низких позиций, потому что они безопаснее высоких, и причина этого в том, что, находясь в высокой позиции, ты можешь получить укол или рубящий удар в ногу, а в низких этой опасности нет.

Те, кто будет получать удовольствие, защищаясь от получаемых ударов falso меча, окажутся отважными игроками, потому что для них не может быть парирований лучше и сильнее, чем эти, потому что они способны защититься и ударить практически в один момент.

Никто не должен позвлять одержать победу над собой в бою или игре ни излишним количеством ударов, ни нахальством, потому что он полностью лишится духа и отдаст его врагу.

Удовольствие от меча без сопровождения [т.е. без дополнительного оружия в левой руке] более полезно, чем удовольствие от другого оружия, поскольку другое реже сопровождает человека; никто постоянно не носит при себе ни ротеллу, ни брокеро, но у каждого всегда с собой меч.

В ходе боя с левшой непрерывное ступание против его меча – наилучшая защита; и когда он наносит riverso, ударьте mandritto в его руку с мечом, а когда он наносит mandritto, ударьте riverso в его кисть или в руку с мечом, и без сомнения победа обеспечена.

Совершенно изысканная и выгодная вещь в игре – равно шагать и одной, и другой ногой, в соответствии с моментом и необходимостью; несмотря на то, что шагание равномерными ногами очень полезно, потому что таким образом можно и продвигаться вперёд, и отступать назад, не беспокоя тело, и добавляется ещё вот что: что таким образом человек играет более сильно, чем другими способами. И когда я говорю «равномерными ногами», я имею в виду, что ноги отдалены не больше, чем приблизительно на половину руки, всегда сопровождая ногу рукой, а руку – ногой.

Не может именоваться совершенным в этом искусстве, равно как и в других, тот, кто не знает, как учить других. Потому что философ сказал в Этике: признак знания – знать, как учить.

Играя двуручным мечом в «широкую игру», всегда смотри на часть меча от середины к острию, а перейдя в ближний бой в пол-меча, смотри на левую руку, потому что враг не сможет сделать захват ничем, кроме неё.

Искусство боя в пол-меча совершенно необходимо знать каждому, кто хочет быть хорошим игроком, потому что, если он знает только как драться на большой дистанции, то, когда придётся вступить в ближний бой, он будет вынужден отступать назад в панике и опасности, и часто отдаст победу в руки врага, или, по крайней мере, раскроет перед всеми своё невежество в этом искусстве.

Если некто дерётся с тем, кто мощнее и сильнее его, нельзя никоим образом позволять тому сделать захват, потому что в таком случае слабый будет принужден упасть.

[Дальше идёт нечто вроде дуэльного кодекса]

Если выбор оружия предоставлен более сильному, он оденет слабого в тяжёлые доспехи; причина этого в том, что из-за тяжести сильному будет проще победить, ведь совершенно очевидно, что более слабому требуются более лёгкие доспехи.

Если высокий человек сражается с низкорослым, и выбор оружия принадлежит высокому, он должен всеми способами одоспешить нижнюю часть тела, но не верхнюю, благодаря чему у него будет больше возможностей поразить верхнюю часть противника благодаря своему росту. Но если выбор принадлежит низкому, ему будет нужно одоспешить верхнюю часть тела, а нижнюю оставить открытой.

Бойцы равной доблести, силы и размера могут выбрать доспехи без различий.

Когда оружие слишком короткое, тогда, как говорится, оно более опасно, потому что то, что атакует с ближней дистанции – более опасно, ибо такие удары труднее отразить. Из этого следует, что протазан более опасен, чем пика, а кинжал более опасен, чем меч.

Из двух сражающихся более достоин похвалы тот, кто наносит удар в ответ, чем тот, кто совершает первый удар, [потому что он раньше показывает разъяряться, чем терять силы от полученного удара].

Недопустимо после полученного удара делать больше одного ответа с шагом вперёд; причина этого в том, что нужно делать это со всем умом, ибо только с ним можно получить честь.

Удар в голову, сообразно с важностью этой части тела, считается за три; а удар в ногу – за два, учитывая, как сложно ударить низко.

Доблестен тот игрок, который удваивает свои удары.

Более длинные оружия предпочтительнее коротких, поэтому пику выбирают раньше, чем копьё, удерживая против копья не за пяту, отдавая должное опасности её длины, а за середину, что даёт некоторое преимущество. И так же протазан выбирают раньше, чем двуручный меч.

Враг сильнее пугается, если наносить ему удары от середины вверх, нежели чем от середины вниз, потому что его глаза и следом за ними сердце лишаются храбрости, видя мелькающую угрозу.

Боец никогда не должен открывать партнёру своих намерений, касающихся ударов, но должен хорошо понимать намерения партнёра. Потому что, проводя бой с ясным разумом, он должен здесь осуществить другие намерения. Но если дело касается игры, в которой на кону честь, то здесь похвально продемонстрировать свои намерения противнику.

Источник: A. Manciolino. Opera Nova, 1531
Перевод: Геннадий Мирошниченко, 26.02.2013

2004 - 2017
Тула